Печать Save as PDF +A A -A
6 октября 2017

Враг государства №1

«Православный радикализм» как побочный продукт российской пропаганды 

Российское государство, кажется, всерьез взялось за борьбу с теми, кого публицисты в оппозиционных СМИ и напуганные граждане в социальных сетях уже успели окрестить (удивительно, какими красками играет здесь это слово – «окрестить») «православными экстремистами» и «новыми фундаменталистами». Александр Калинин, лидер объединения «Православное государство – святая Русь», – под стражей, ему вменяют «организацию принуждения к совершению сделки или к отказу от ее совершения», то есть, в переводе с языка УК РФ на человеческий – рассылку писем с угрозами по кинотеатрам. Следствие ищет и прочих причастных к рассылке, два соратника Калинина также уже задержаны.

Письма с угрозами Калинин начал рассылать еще в январе текущего года: «Очевидно, если завтра выйдет фильм “Матильда”, кинотеатры начнут гореть, может, даже пострадают люди, и действия эти, от безвыходности, начнутся со стороны тех, кто Любит Бога и свой народ, настолько Любит, что готов идти хоть в тюрьму, хоть на смерть». СМИ тогда порылись в биографии Калинина, выяснили, что это маргинал с несколькими сотнями сторонников, который в видеоблоге рассказывает о посещающих его видениях, да и успокоились. А власть, обычно чуткая к словам и готовая отправить человека в тюрьму за обычный комментарий в социальной сети, и вовсе не обратила внимания на письмо, отправленное в тысячу кинотеатров.

Государство среагировало, когда, как предполагает теперь следствие, члены «Святой Руси» сожгли автомобиль возле офиса Константина Добрынина, адвоката режиссера Алексея Учителя. Не только потому, что огонь нагляднее манифестов, но еще и потому, что дело произошло в Москве, авторитарная Россия – государство центростремительное. Ведь еще до того состоящий на учете у психиатра житель города Ирбит, протестуя против показа «Матильды», сжег кинотеатр в Екатеринбурге: загрузил автомобиль баллонами с газом и канистрами с бензином, и пошел на таран. Его, разумеется, задержали, но о Калинине не вспомнили. Понадобился огонь в столице, чтобы против радикала-фундаменталиста начались следственные действия.

От «Божьей воли» к «Святой Руси»

Слово «кажется» в первом предложении – ключевое. На самом деле проблемы государства с «новыми радикалами» очень серьезные, и они точно не решаются задержанием интернет-проповедника (в последние годы основной ареной деятельности Калинина была социальная сеть «Вконтакте»). Калинин, осужденный в 2002 году за убийство, мошенничество и подделку документов, – стопроцентный продукт официальной российской пропаганды. Продукт, конечно, побочный и нежелательный, но появление того, что теперь называют «православным радикализмом», – все же заслуга государственная. А поскольку пропаганда, особенно телевизионная, – дело тотальное, ориентированное на самые широкие массы, остается только гадать, сколько таких калининых появилось в России за последние четыре-пять лет.

Взявшись выстраивать собственную идеологию в противовес европейской, выбрав курс на отказ от гуманистических ценностей, государство почти напрямую поддерживало разнообразных «активистов», готовых за малую мзду изображать «праведный гнев народа». А этот самый «праведный гнев», в свою очередь, позволял обосновывать новые запреты. Выстраивалась своего рода циклическая система безотходного производства репрессивных законов, которые оправдывались «волей большинства». Игра с активистами, видимо, казалась государству делом безопасным – не все они были продажными, но все – подконтрольными.

Можно вспомнить несколько ярких примеров. В 2013 году, когда еще не отшумели дискуссии вокруг «Закона о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних» (это один из первых дискриминационных законов, принятых Думой предыдущего созыва, и поэтому один из самых мягких, за «пропаганду гомосексуализма» карают только штрафами), взошла звезда националиста Тесака (Максима Марцинкевича). Он организовал движение «Оккупай-педофиляй». Члены движения, выдавая себя за несовершеннолетних мальчиков, знакомились в сети со взрослыми дядями и договаривались о свидании. На свидание вместо юношей являлись мрачные качки, которые под видеозапись всячески унижали и даже били невезучего искателя запретной любви. Тесак вошел в моду. Один из самых заметных деятелей российского пропагандистского ТВ, Аркадий Мамонтов, снял несколько сюжетов о борьбе «простых, честных и неравнодушных русских парней» с «носителями западной содомитской заразы». Тесак поверил в свою безнаказанность, но споры вокруг скандального закона стихли, и его слишком уж похожая на хулиганство борьба утратила актуальность. На него завели дело, и он сел.

Сейчас, описывая подвиги борцов против «Матильды», часто говорят про «православный ИГИЛ». Но совсем еще недавно в ходу было другое красивое словосочетание – «православный Талибан». К представителям «православного Талибана» относили Дмитрия Цорионова-Энтео и его бывших соратников по движению «Божья воля» (Энтео исключили из организации совсем недавно). На волне борьбы с чуждым «российским традиционным ценностям» искусством Энтео оказался востребованным. Члены «Божьей воли» громили выставки, устраивали шумные акции, наводили ужас на либерально настроенных обывателей в соцсетях. Но ровно до тех пор, пока у движения был высокопоставленный покровитель в РПЦ – Всеволод Чаплин. Энтео оказался предусмотрительнее Тесака: как только Чаплин потерял свой пост, «Божья воля» от ярких публичных выступлений отказалась.

Однако Калинин и многие прочие, протестующие сегодня против фильма «Матильда», – люди совсем из другого теста. Они не политики, не игроки, они не искали высоких покровителей и не бегали в начальственные кабинеты за инструкциями. Они просто поверили в то, что государство говорило им из телевизора. Почувствовали, что пришло их время. И продемонстрировали готовность отстаивать собственные идеалы.

Новейшая искренность

В цитированном выше письме Калинина есть несколько примечательных моментов. Калинин несколько раз подчеркивает, как сильно он восторгается Владимиром Путиным: «Это, наверное, единственный человек во власти, который по Истине неподдельно Любит Россию и свой народ». Он усвоил азы пропаганды, и грозит страшными карами тем, кто собирается «устроить в России майдан». Собственно, это ведь тоже последствия пропаганды: государство учит, что враг един, за любыми инакомыслящими внутри страны стоят зарубежные кукловоды, у которых в головах – четкий план по разрушению России. Калинин так и мыслит, вписывая в этот ряд врагов Учителя с его фильмом. Он противопоставляет страшной Европе, образ которой создает официальная пропаганда, свое государство. «Христианское государство – Святая Русь» – это ведь не только название маргинальной организации. Это образ большой России, последней страны, свято берегущей традиционные ценности.

Он – союзник этого государства, он с государством заодно, он слушал и услышал то, что государство ему говорило. И вот теперь государство его арестовывает. Как это понимать? Его государство предало его. И «человек, который по Истине неподдельно любит Россию», тоже его предал. И это конфликт, который без насилия, видимо, не разрешить.

Похоже, ту же трагедию переживает и депутат Госдумы Наталья Поклонская, рекламное, если можно так выразиться, лицо кампании по борьбе с «Матильдой». Поклонская государственный и высокопоставленный человек, но человек в России новый (она была прокурором еще в украинском Крыму, и, кстати сказать, отлично боролась с проявлениями «пророссийского сепаратизма»), в тонкостях здешней политики неисхищренный, воспринимающий пропаганду всерьез и не способный вовремя остановиться. Уже и Путин в одном из публичных выступлений аккуратно заступился за Учителя, а ей все мало. В России аккуратный намек Путина важнее любых писаных законов, но Поклонская этого не замечает. И уже обсуждает с соратниками на заседании межфракционной депутатской группы по защите христианских ценностей, не потребовать ли отставки министра культуры Владимира Мединского. Это для либералов Мединский – живое воплощение государственного курса на одичание, для настоящих консерваторов он – и сам теперь либерал и едва ли не иностранный шпион.

Поклонскую тронуть трудно – она ведь человек-символ, один из ключевых пропагандистских образов времен аннексии Крыма, но, поговаривают, старшие товарищи уже озаботились поиском для нее какой-нибудь непостыдной, но менее заметной должности, не оставляющей времени на чрезмерную публичную активность. И это тоже будет измена. И это будет значить, что ее государство ее предает. Она это уже чувствует, и она в явной растерянности, она не знает, как с этим быть. И с упорством, которое способно вызвать даже своеобразное уважение, продолжает сражаться с балериной Матильдой Кшесинской.

Между прочим, Поклонская была едва ли не единственным государственным деятелем, который призвал правоохранителей проверить письма Калинина еще зимой 2017 года. В мире новейшей искренности у подлинных консерваторов – очень жесткая конкуренция.

Явление героя

Играя (именно играя, это важно понимать, для встроенных в политическую систему ревнителей традиционных ценностей в дорогих костюмах, привыкших отдыхать в «разложившейся» Европе, имеющих там недвижимость и отправляющих туда детей учиться, все не всерьез, пропаганда для них – инструмент, способ отвлечь население от собственной деятельности, преимущественно расхитительской) в «идеологию традиционных ценностей», государство вырастило некоторое количество таких вот калининых. Им не до игр, для них все смертельно серьезно, и они за традиционные ценности готовы идти в тюрьму, а главное – готовы, как минимум, жечь кинотеатры и автомобили. Пытаясь от них отмахнуться, государство слишком уж наглядно начинает врать, потому что Калинин – не враг ему, он просто идеи, вбрасываемые государством, довел до логического конца. Калинин, как и Поклонская, последовательнее, чем Мединский, чем Путин. И он внятно – коктейлем Молотова, куда уж доходчивее, – формулирует запрос на то, чтобы государство тоже было последовательным. Чтобы государство отвечало за свои слова. Чтобы государство с ним вместе громило всех тех, кого в последние годы объявило врагами. Он требует от государства, сделавшего своей идеологией нетерпимость, настоящей, реальной нетерпимости.

И как государство объяснит Калинину, им же выращенному, в чем он не прав? Никак, это просто невозможно. Более того, продолжение идеологической обработки населения в прежнем ключе с неизбежностью породит новых и новых калининых, которые еще жестче у государства спросят, почему оно не фильтрует собственный базар (как-то так это должно звучать на языке носителей традиционных ценностей). Государство, слишком увлеченное борьбой с политическим инакомыслием, как правило, травоядным и совершенно безвредным в 99 из 100 случаев, и не заметило, как выпестовало для себя настоящего, опасного, на многое готового врага.

И трудно перестать удивляться тому, что причиной для этого взрыва ненависти, чреватого самыми непредсказуемыми последствиями, оказалась именно «Матильда», – фильм, рассказывающий вещи общеизвестные и снятый лояльным к власти, далеким от радикальных экспериментов режиссером.  

Использование материалов интернет-издания "Intersection" путем их полного воспроизведения разрешается только с разрешения редакции Intersection - intersection@intersectionproject.eu