Печать Save as PDF +A A -A
22 марта 2017

Будущее стратегической авиации России

Как Россия превращает стареющую стратегическую авиацию во внешнеполитический козырь

Москва в ближайшие месяцы готовится возобновить производство стратегического (тяжелого) бомбардировщика Ту-160 — в версии Ту-160М2. Этих самолетов, по некоторым данным, планируется построить до 50 единиц. В то же время озвученные темпы производства на старте проекта — 3 самолета в год. Более того, с 2027 года российские власти хотят начать производство стратегического бомбардировщика нового поколения.

Сегодня Россия располагает 11 самолетами Ту-160 (по другим данным их 16), произведенными в 1984–2008 гг., и 55 турбовинтовыми самолетами Ту-95МС, построенными в 1980-х годах (разработаны в 1950-е). При этом следующие 20-30 лет Ту-95МС продолжит находиться в строю.

Для сравнения, Соединенные Штаты имеют три типа реактивных тяжелых бомбардировщиков, способных нести ядерное оружие. Из них B-52H — 58 самолетов и 18 в резерве (произведены в 1954–1962 гг.), при этом к 2018 году завершится программа переоборудования 30 самолетов исключительно для обычных крылатых ракет и бомб. Самолеты B-1B — 64 единицы (произведены в 1985–1988 гг.), которые в 2011 году были полностью денуклиаризованы. Самолеты B-2 — 21 единица (произведены в 1988–1997 гг.). То есть к 2018 году США будут располагать примерно 49 тяжелыми бомбардировщиками, способными нести ядерное оружие. И благодаря программам модернизации B-52H останется в строю до 2040-х годов, а B-2 — до 2058 года.

В этом контексте действия России маскируют тот факт, что она не только не сможет создать новый самолет в планируемые сроки, но и стоит перед проблемой износа парка реактивных (Ту-160) тяжелых бомбардировщиков. Этот процесс влечет изменение подхода к использованию дальней авиации в целом. 

Пределы летных возможностей

Модернизация Ту-160 и возобновление его производства (Ту-160М2) связаны в первую очередь с небольшим ресурсом двигателей НК-32 у имеющихся самолетов – 400–750 часов. При этом известно, что ежегодный средний налет экипажей российской стратегической авиации сегодня составляет 120 часов (в основном за счет полетов Ту-95МС), а часть имеющихся Ту-160 просто не летает и служит источником запасных частей для действующих самолетов.

Отсюда следует, что ресурс этих самолетов, единственных у России реактивных стратегических бомбардировщиков, просто близок к исчерпанию. И поскольку их наличие призвано, помимо прочих военных и дипломатических факторов, подкреплять российские претензии на статус великой державы, то полный отказ от Ту-160 сильно ударил бы по внешнеполитической и внутриполитической репутации Кремля.

Однако модернизация Ту-160 уперлась как раз в двигатели. Российское ПАО «Кузнецов» (входит в государственную Объединенную двигателестроительную корпорацию) с 2012 года восстанавливало производство двигателей НК-32, которыми будут оснащаться Ту-160М2. При этом вероятно, что первые Ту-160М2 будут сделаны из имеющихся Ту-160 — в них заменят двигатели, обновят авионику и т.д.

Каждый Ту-160 оснащен 4 двигателями, а в 2016 году компания «Кузнецов» должна была произвести 4 или 5 новых двигателей НК-32. Другими словами, для того чтобы выпускать хотя бы 3 самолета Ту-160М2 в год, предприятие должно производить для них не менее 12 двигателей НК-32. При этом даже в конце февраля 2017 года не было ясно, произвела ли компания за минувший год хотя бы один НК-32, но в планах вновь была заявлена поставка 5 двигателей. Все это говорит как минимум о серьезных ограничениях промышленных возможностей России.

И пока первоочередным для Москвы является вопрос о поддержании числа реактивных стратегических бомбардировщиков, способных к полетам. Планы же по созданию 50 самолетов Ту-160М2 можно охарактеризовать как политическую риторику. В этой связи говорить о том, что Россия способна разработать новый тяжелый бомбардировщик пока попросту нельзя. И основу российской стратегической авиации в ближайшие десятилетия продолжат составлять гораздо более простые, но надежные турбовинтовые Ту-95МС до полного исчерпания ими своего ресурса.

Новое вооружение

Наряду с самолетами Россия старается вооружить стратегическую авиацию новыми крылатыми ракетами большой дальности. В Сирии с осени 2015 года помимо крылатых ракет «Калибр–НК» морского базирования были использованы крылатые ракеты Х-555 и Х-101, размещаемые на самолетах Ту-95МС (до 16 ракет) и Ту-160 (12 ракет).

О ракете Х-555 известно достаточно — это вариант основной, созданной к началу 1980-х годов, крылатой ракеты стратегической авиации Х-55. Он имеет дальность 2000 км и оснащен обычной боеголовкой, а также более точной системой наведения (у ядерной Х-55 дальность до 3500 км, но точность гораздо ниже). А вот сведения о ракете Х-101, у которой есть вариант с ядерной боеголовкой Х-102, больше напоминают пропагандистский ролик. И тут важно обратиться к деталям.

Габариты этих ракет сопоставимы. Они используют однотипные двигатели: украинский Р-95-300 для Х-55 и Х-555 или российский ТРДД-50А (36МТ, согласно информации НПО «Сатурн») для Х-101. При этом дальность ракет Х-101/Х-102, как утверждается, достигает 4500–5000 км при высокой точности. Правда, неясно, за счет чего такие показатели могли бы достигаться. Скорее всего, речь идет о том, что ракеты Х-101/Х-102 являются дальнейшим развитием ракет Х-55/Х-555. И разница между ними заключается в том, что в более новой ракете используется уже российский двигатель, а также, вероятно, более современная электроника и система навигации ГЛОНАСС.

Интересный момент: основная масса всех произведенных ракет Х-55 на момент распада СССР находилась в Украине. 575 этих ракет были переданы в Россию в 1999 году в счет погашения долга (ядерные боевые блоки, разумеется, были вывезены гораздо раньше, согласно Будапештскому меморандуму 1994 года). По сути, создание ракет Х-555 являлось установкой на готовые ракеты неядерной боевой части с системами управления и наведения. А поскольку созданные в советское время крылатые ракеты имеют свойство заканчиваться, встала проблема пополнения арсенала новыми ракетами. Это, судя по всему, и привело к появлению «таинственных» крылатых ракет Х-101/Х-102.

Стоит заметить, что тестовое применение этих ракет в Сирии совпало с использованием других новых крылатых ракет большой дальности, предназначенных для флота, — «Калибр-НК». Обе ракеты используют двигатель ТРДД-50А (36МТ), производство которого Россия пыталась наладить с середины 1990-х годов, чтобы не зависеть от украинских заводов. И это удалось сделать на предприятии «НПО «Сатурн» не раньше 2013 года.

Именно тогда и появилась возможность производить крылатые ракеты, которые Москва с большой помпой представила urbi et orbi (лат. – «к городу и миру») в ходе сирийской кампании. И наличие новых возможностей у стратегической авиации при очевидных проблемах с самими самолетами должно неизбежно вести к эволюции концепции ее применения.

(Сюр)реализм стратегической авиации

На протяжении десятилетий российские тяжелые бомбардировщики предназначались в основном для борьбы с авианосными группами, подводными лодками и военно-морскими базами. Ту-95МС и Ту-160, конечно, предназначались и для стратегических ядерных ударов по наземным целям. После холодной войны потребовалось расширить круг их задач, поскольку содержать самолеты, которые не способны участвовать в обычной войне, — чрезмерно дорогое удовольствие.

Уже в 2000-е годы была сформулирована идея ядерной деэскалации крупного обычного конфликта. Тяжелый бомбардировщик должен нанести демонстративный ядерный удар по ненаселенной территории или открытому морю, вынудив противника прекратить боевые действия под страхом ядерного удара. С этим связано появление в российской военной доктрине 2010 года пункта о том, что Россия оставляет за собой право первой применить ядерное оружие в случае агрессии против нее конвенциональными средствами.

Однако впервые на поле боя российские тяжелые бомбардировщики с обычными крылатыми ракетами большой дальности были применены в ходе сирийской кампании. Это показало, что Кремль приобрел еще одно средство «проекции силы» далеко за пределы своих границ. И это может вести к соблазну свою силу проецировать в условиях, когда другие средства достижения политических целей у Москвы в дефиците. При этом в ходе бомбежек в Сирии использовались как Ту-95МС, Ту-160 и самолеты дозаправки, так и сверхзвуковые бомбардировщики Ту-22М3.

Эти самолеты изначально были разработаны исключительно для борьбы с авианосцами (из расчета до 80 самолетов на один авианосец) и способны нести по три сверхзвуковые крылатые ракеты Х-22 и Х-32 с дальностью до 600 км. Обе ракеты могут оснащаться обычными и ядерными боевыми блоками, и последняя из них принята на вооружение в 2016 году. Этих самолетов имеется 30–50 единиц, и в силу радиуса действия всего 2000 км, они  не подпадают под новый Договор СНВ.

В то же время косвенные данные указывают на то, что Москва может рассматривать вопрос о переоборудовании части этих бомбардировщиков под ракеты Х-101/Х-102. Согласно Протоколу к этому Договору, тяжелым бомбардировщиком считается самолет, несущий ядерные крылатые ракеты с дальностью выше 600 км. Однако по Договору СНВ у России в качестве тяжелых заявлены только бомбардировщики Ту-95МС и Ту-160.

Учитывая, что по развернутым носителям Москва сейчас находится ниже порогов, обозначенных в Договоре СНВ, она де-юре ничего бы не нарушила. Более того, была бы компенсирована описанная выше проблема выхода из строя имеющихся Ту-160 на фоне их запаздывающей модернизации. Такой сценарий позволил бы Кремлю создать излюбленную ситуацию внешнеполитической неопределенности и разыграть еще одну карту, чтобы заставить Соединенные Штаты и Запад в целом разговаривать с ним на его условиях.

В итоге главными задачами России в области стратегической авиации являются: а) поддержание (или медленное снижение) численности имеющихся самолетов за счет модернизации; б) увеличение количества крылатых ракет большой дальности воздушного базирования, а не самолетов-носителей; в) в отличие от США, продолжится расширение возможностей конвенционального применения тяжелых бомбардировщиков за пределами России при 100% сохранении ядерной опции.

Использование материалов интернет-издания "Intersection" путем их полного воспроизведения разрешается только с разрешения редакции Intersection - intersection@intersectionproject.eu