Печать Save as PDF +A A -A
17 ноября 2017

Арктические «мускулы мира»

Почему Россия продолжает наращивать военное присутствие в арктическом регионе

1 декабря 2014 года в России было создано Объединенное стратегическое командование «Север», или, проще говоря, Арктические войска. С того момента количество заявлений российских чиновников о расширении военного присутствия в регионе, а также совокупность конкретных мер по его милитаризации начали увеличиваться в геометрической прогрессии, достигнув к настоящему времени невиданных с эпохи холодной войны масштабов. Сегодня военные объекты присутствуют уже практически на всех крупных островах и архипелагах от Кольского полуострова до Чукотки. В первую очередь здесь стоит отметить относительно недавно сданные в эксплуатацию военные базы «Северный клевер» и «Арктический трилистник» (стоимость последней оценивается в 4,2 млрд рублей). Стремление сохранить некий ареол таинственности по данному вопросу соседствует с желанием продемонстрировать успехи экстремальной инженерии. Так, на сайте Министерства обороны РФ функционирует отдельный «экскурсионный» раздел – упомянутый «Арктический трилистник» любой желающий может довольно подробно изучить в 3-D проекции.

Строятся новые и реконструируются уже существующие заполярные аэродромы, на которых базируются современные перехватчики. В комплекс противоракетной обороны войдет и радиолокационная станция (РЛС) «Подсолнух» на Кольском полуострове, которую затем дополнят РЛС на Дальнем Востоке, в Сибири и на Балтике. Это позволит создать сплошное противоракетное радиолокационное поле на всем протяжении северных границ России. Для работы при сверхнизких температурах разрабатываются модификации существующих видов оружия, вроде зенитно-ракетных комплексов «Тор-М2ДТ» и «Панцирь-СА», которые были продемонстрированы широкой публике на праздновании Дня Победы в этом году. Значительная доля морозоустойчивой техники предназначена, в частности, для использования 80-ой отдельной мотострелковой бригадой в Мурманской области – адаптированные «КАМАЗ», «Урал», снегоходы, катера на воздушной подушке, водонепроницаемое снаряжение и многое другое.

Не обойти стороной и арктический флот. Финальные испытания проходит дизель-электрический ледокол нового поколения «Илья Муромец» – первое за несколько десятилетий судно подобного класса для ВМФ России. Новейший корабль, как неоднократно отмечали в Минобороны, создан преимущественно для проведения гидрографических исследований, однако в проект изначально закладывалась возможность монтажа боевого вооружения. К 2020 году ожидается пополнение Северного флота несколькими атомными субмаринами, фрегатом и десантным судном. В перспективе следующего десятилетия – создание сверхтяжелого транспортно-десантного экраноплана и атомного авианосца. При этом Россия уже располагает 40 ледоколами. Не сданный в срок, но практически готовый атомный ледокол «Арктика» (стоимостью порядка 122 млрд рублей ) станет крупнейшим в мире и шестым в данном классе в стране. Строительство новых кораблей обусловлено также и тем обстоятельством, что большинство из судов Росатомфлота будут выведены из эксплуатации в ближайшие 5-7 лет. Отремонтирован и вновь запущен в эксплуатацию был только лихтеровоз «Севморпуть».

МЧС, в свою очередь, формирует инфраструктуру по ликвидации потенциальных чрезвычайных ситуаций на всем протяжении Северного морского пути (СМП), организуя сеть станций быстрого реагирования. Вполне возможно, правда, что «реагировать» придется не только на пиратские корабли или утечки нефти из проходящих транзитом судов. В арктических морях, по некоторым данным, насчитывается несколько десятков тысяч затопленных контейнеров с радиоактивными отходами, несколько судов, подводных лодок и реакторов с отработавшим ядерным топливом. Решения по вопросу их утилизации еще не принято, а выделенные правительством на программу очистки 1,2 млрд рублей используются пока только «на поверхности».

В своих интервью российские военные часто объясняют стремительное расширение присутствия принятыми исполнительной властью документами, вроде «Основ государственной политики РФ в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу». Там, напомним, сказано, что регион планируется использовать «в качестве стратегической ресурсной базы», а СМП – в качестве «национальной единой транспортной коммуникации». Военные, соответственно, попросту выполняют свои обязательства, умалчивая, правда, о широчайшей степени предоставленной свободы конкретных действий, скрывающихся за общими формулировками законов.

Как далеко они могут зайти в милитаризации Арктики? Понятно, что всему, во-первых, должен быть предел, обусловленный хотя бы теми же финансовыми возможностями. Впрочем, полагаясь на заявление министра обороны Шойгу, создание и вооружение всей арктической группировки завершится уже в 2018 году, а затем новые технические образцы будут приходить на смену отработавшим свой срок. Можно предположить, что по мере снижения темпов реального перевооружения арктической теме в государственных СМИ будет уделяться еще большее внимание, поскольку одной из задач, со слов главнокомандующего Сухопутными войсками РФ Олега Салюкова, является именно демонстрация военного присутствия в регионе.

Россия хочет контролировать СМП и верит в существенное увеличение товаропотока в ближайшие годы, в том числе и за счет повышения объемов отгрузки нефти с добывающих платформ. Так, в 2014 году по маршруту было перевезено свыше 4 млн т, в 2016-ом – 6,5 млн т, а к 2022 году прогнозируется увеличение до 40 млн т. Важнейшая задача в связи с этим заключается в привлечении и организации работы с теми партнерами, которые могут обеспечить товарооборот, прежде всего речь идет о Китае. Рассуждения западных коллег о растущих арктических амбициях Пекина российские эксперты парируют научно обоснованной невозможностью автономной коммерческой навигации судов в полярных районах, поскольку только Россия сегодня располагает тяжелыми атомными ледоколами, без использования которых даже в период открытой навигации существенно повышаются риски возникновения чрезвычайных ситуаций. Но ясно, что диспропорция с кораблями – явление временное, в особенности если Китай серьезно решит вкладываться в их сооружение. Совсем недавно, с 11 по 24 сентября, торговое судно «Тяньцзянь» совершило проход по СМП из китайского порта в датский, сэкономив 15 суток и почти четыре сотни тонн топлива, поэтому предпосылки для арктической заинтересованности Пекина, несомненно, имеются.

Благоприятное для российских властей обстоятельство в плане контроля над СМП – статья 234 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, которая предоставляет право приарктическим государствам устанавливать в пределах своих исключительных экономических зон недискриминационные меры судоходства в целях предотвращения загрязнений морской среды. На практике это фактически означает примат природоохранной юрисдикции над поддерживаемой Соединенными Штатами философии «свободы судоходства».

Россия стремится таким образом обеспечить безопасность в регионе. На практике это означает безопасность инвестиций в СМП – развитая инфраструктура позволит ликвидировать внештатные ситуации, предотвращая потерю средств, а именно это обстоятельство сейчас волнует многих потенциальных перевозчиков. К тому же неизвестно, как на самом деле будет меняться климат в ближайшие десятилетия, не сменит ли потепление очередной «холодный» цикл. На внутреннем рынке успешно эксплуатируется тема «территориальной целостности» и образ врага, готовящегося напасть с неприкрытых северных рубежей. Стремление «США и их союзников к доминированию в Мировом океане, в том числе в Арктике», кстати, открыто определено в качестве угрозы национальной безопасности в «Основах государственной политики Российской Федерации в области военно-морской деятельности на период до 2030 года». Разработка «мистических» 90-100 млрд тонн нефти и газа – это тоже фактор, и, по иронии судьбы, возможно определяющий: чем ниже будет стоимость энергоресурсов, тем ниже вероятность, что Россия сможет вкладывать средства в их добычу, и наоборот. Милитаризация региона в этом случае может стать самоцелью, истощающей ресурсы федерального бюджета на защиту от никем не доказанных и теоретически маловероятных угроз.   

Использование материалов интернет-издания "Intersection" путем их полного воспроизведения разрешается только с разрешения редакции Intersection - intersection@intersectionproject.eu